Ты — храм
в мире, где каждый прав,
в мире личных границ,
и литургия птицам —
во обнажение лиц.

По твоим анфиладам
пролетают псалмы,
и прорастают сны
из врат алтарной ограды
как продолженье весны.

Нá тебе тёплого хлеба
и густого вина.
Я кормлю твоих птиц с крыльца.
Обнажённые лица мозаик
наблюдают, пересобирают
черты моего лица.